— Я очень стараюсь угодить тебе, поверь, — отвечала Виолетта.

— Когда ты сверху, не отклоняйся. Держись прямо. Мой палец соскальзывает. О, ты разжигаешь меня, не гасишь мое пламя, — терзалась графиня от неутоленного желания. — Послушай, мой милый друг, давай попробуем иначе.

— Как?

— Ложись спиной к зеркалу, а я встану на колени и поласкаю тебя ртом.

— Все будет, как тызахочешь.

Графиня впрыгнула на кровать, запрокинув голову назад, взор ее был устремлен в потолок, ноги раздвинуты, тело изогнуто. Настал условленный час, и я ползком прокрался из кабинета.

— Хорошо я улеглась?

Одетта задорно взмахнула ягодицами, окончательно теряя самообладание.

— Пожалуй, — согласилась Виолетта. — Теперь раздвинь волосы на две стороны и обработай мою бороздку.

Я точно следовал указаниям, предписанным моей подружке.

— Попала в точку? — поинтересовалась Виолетта.

— Да, сейчас… ротиком… и попробуй только не удовлетворить меня, задушу!

Я прильнул губами к намеченной цели и без труда обнаружил искомый предмет, не найденный притворщицей Виолеттой, за что она и заслужила справедливые упреки; нащупать сей очаровательный предмет, было, тем более легко оттого, что как я и предвидел у графини он был формы более удлиненной, чем у заурядных женщин: его можно сравнить с бутоном девичьей груди, затвердевшим от сосания языком; я завладел им и стал нежно перекатывать между своих губ.

Графиня стонала от наслаждения:

— О, то, что надо, не останавливайся… лучше и быть не может.

Я продолжал, постоянно притягивая в себе Виолетту и демонстрируя партию, которую ей предстояло исполнить в нашем трио.