В течение следующих двух недель она ловила себя на том, что старается пересечься с Себастьяном в коридоре или, ругая себя, ищет его в студенческом городке. К тому же ее стали мучать соблазнительные видения (скажем, он обнаженный в ее спальне исходит криком наслаждения).

Когда он находился в аудитории, Алекс никак не могла сосредоточиться, останавливалась посреди лекции, забывала, о чем вещает этому стаду невежд, которое вдруг начинало вызывать у нее отвращение. Она знала, что это граничит с профессиональной непригодностью, но ничего не могла с собой поделать: ее тайные желания сильнейшим образом подрывали ее самодисциплину. Когда этот юноша обводил ее своим ищущим взглядом, она чувствовала уверенность в том, что это притяжение взаимно. Она все готова была отдать, чтобы почувствовать его руки на своем теле, которое нынче доставляло ей столько двойственных чувств.

Но это было немыслимо! Алекс была преподавателем от бога. Ее работа была и ее призванием, в которое она верила всем сердцем.

Как-то днем Дени пересекся с ней в кафетерии.

– Как дела? Вид у тебя что-то неважнецкий…

– Да нет, все в порядке. Просто немного устала – только и всего.

– Много работы?

– Да нет. Так, свои мысли не дают покоя, к тому же плохо ем и не высыпаюсь… ничего серьезного.

– Ты случайно не больна?

Вид у Дени был озабоченный.

– Нет-нет, просто немного не в себе.

Он помолчал немного, а потом на его лице появилась озорная улыбка.

– Слушай, а за этим случайно не стоит какой-нибудь мужчина, а?

– С чего это ты взял?

В ее ответе совершенно независимо от ее желания прозвучала нотка раздражения. Она почувствовала, как заливается краской. Внезапно она пробормотала: