– Ты с ума сошел. Да я ему в матери гожусь! И вообще, ни к чему хорошему это не приведет. В конечном счете он встретит кого-нибудь, а меня бросит. Столько всяких переживаний, и все ради чего?..

– А может быть, когда ты завоюешь его своим умом и обаянием, он как раз и захочет с тобой серьезных отношений.

– Эк тебя занесло, друг мой. Я знаю, как это бывает… Что ж, буду пока тихо сходить с ума, а потом все как-нибудь само пройдет…

– Не валяй дурака! Что ты боишься потерять?

– Может быть, мою репутацию?

– Какую? Репутацию женщины, которая проводит ночи в одиночестве, тщетно желая заполучить себе в постель какого-нибудь молодца?

Алекс с трудом сдержалась, чтобы не влепить ему пощечину. Но почему же она этого не сделала? Может быть, из-за дурацкой улыбки, которая блуждала на его наглой физиономии? А может, он не так уж и неправ? И что ей в самом деле терять?

На следующее утро она не отводила взгляда от Себастьяна и одаривала его самыми завлекательными улыбками. Она решила некоторое время придерживаться этой тактики и посмотреть, будет ли благоприятная реакция. Одно дела воображать себе роман с почти мальчиком, и совсем другое – заставить его проглотить наживку.

Эта игра продолжалась недели две, но некоторые обещающие повороты все же были. Теперь он после каждого занятия подходил поговорить с ней. Их разговор обычно касался содержания лекции, но еще он сообщил ей и кое-что о себе. Теперь ей были известны его наклонности. Например, Аль Пачино был его идолом, а плавание – его страстью (отсюда и великолепное телосложение), но год назад он был вынужден оставить тренировки, потому что серьезно повредил ногу.