Увидев, что поленница выросла довольно большая, Майкл решил закончить на сегодня. Он собрал крупные щепки для растопки, отнес топор на место и вернулся в дом.

Первым делом он отправился на кухню: уж очень хотелось пить. Достав из холодильника бутылку с холодной минеральной водой, Майкл откупорил ее, сделал два больших глотка и довольно улыбнулся. Из окна веяло приятной вечерней прохладой, руки привычно гудели после работы.

Отпив еще несколько раз, Майкл поставил бутылку обратно, подошел к рукомойнику и принялся умываться.

— Майкл!

Ба, он совершенно забыл, что в доме у него гостья! Ну, забыл — это, конечно, слишком громко сказано, об этой сексуальной и независимой Калли он теперь вряд ли забудет, но все-таки сумел, пусть хоть на время, выкинуть ее из головы.

— Майкл! — снова позвала Калли. — Где ты там?

— Я на кухне, — нехотя отозвался Майкл.

Он выключил воду, вытер лицо полотенцем и повернулся к двери. В дверях стояла Калли, освещенная лучами солнца, и с улыбкой смотрела на него.

— О боже! — воскликнул Майкл, забыв о данном самому себе обещании впредь следить за словами. Что ты на себя напялила?! Куда ты собираешься пойти в таком виде?

— Что с тобой, Майкл? Платье как платье.

— Ну конечно! Оно ничем не отличается от того ужасного красного топа, — ответил Майкл, ругая себя за несдержанность.

Калли с невинным видом оглядела свое маленькое черное платье без бретелек, чуть поправила лиф и недоуменно посмотрела на Майкла.

— Ты все преувеличиваешь! — Она нисколько не была смущена хмурым выражением на его лице. Обыкновенное вечернее платье.

— Сними его! И поскорее.

Она сердито подняла брови.

— Не думаю, что это хорошая мысль, Майкл. Донован, если ты помнишь, намекал, что будет рад, если на мне совсем не будет одежды. А я все-таки надела платье, причем не самое вызывающее. Если бы я вырядилась в нижнее белье, тогда другое дело.