Конечно, это было глупо, но и представить себе, что она уже видела, и не раз, настоящего голого мужчину, Майкл не мог. Как такое может быть?

Он не мог забыть хитрый огонек в глазах Калли, когда она смотрела на него. Она знала, что делает. И наверняка догадывалась о его реакции на свои провокационные действия. Майкл размахнулся с такой силой, что топор после удара застрял в колоде.

— Черт! — пробормотал он, с трудом вытаскивая топор из дерева.

Майкл не мог забыть свое странное поведение после прикосновений Калли. Как ее нога оказалась на его бедре? И почему он вскочил? И зачем ему понадобилось осматривать ее лодыжку? Ведь ничего серьезного быть не могло. Калли вполне нормально ходила. Два-три дня похромает и забудет обо всем.

Майкл сжал зубы и опустил топор — опять слишком сильно. Хватит с него на сегодня, а то он, не дай бог, отрубит себе палец или что-нибудь поважнее.

А что, собственно говоря, случилось? Ничего ужасного! В последнее время он вел аскетическую жизнь: работа, работа и никаких женщин. Так нет смысла поражаться, что он обостренно реагирует на женские прикосновения. Нормальная мужская реакция.

— Чем ты там занимаешься?

Майкл вздрогнул и оглянулся. К нему шла Калли: улыбающаяся, довольная и красивая. Надо же, как глубоко он задумался, даже не услышал, как она подъехала.

— Неужели ты не мерзнешь в этих легких платьях? — спросил Майкл, заметив, что Калли все еще в утреннем желтом платье.

— У меня кровь горячая, — со смехом ответила она.

— Очень смешно.

— Ну что ты такой колючий все время, — недовольно пробурчала Калли.

Ветер немного растрепал ее волосы, поэтому она тряхнула головой, чтобы они легли нормально. Майклу оставалось только молча наблюдать, как волосы Калли рассыпаются по плечам.

— Извини. Я… у меня все еще голова болит, Майкл опустил глаза, потому что не умел лгать Капли. Он бы хотел ей все объяснить, но сам не мог в себе разобраться.