— А ты такой холодный, как кран водопроводный…

— О, на лирику потянуло. Так, постель я расстелил, извольте, сударыня, почивать! И учтите: что у трезвого на уме, у пьяного не получится.

— На ошибках, на ошибках, и еще раз на ошибках!

Тут Тема, невзирая на протесты, сгреб меня в охапку, перебросил через плечо (сколько раз ему говорила, чтобы выбрал другую форму переноски, тошнит же не по-детски!) и отволок в комнату, где сгрузил в кровать, не забыв предварительно снять с меня все, что по его мнению имело отношение к верхней одежде. Дальше не помню, поскольку засыпаю обычно очень-очень быстро. Еще в полете.

Утром немилосердный Темка растолкал меня в половине седьмого. Сколько раз ему говорила, что я вполне могу вставать и на час позже — бесполезно. Видимо, чем-то я его вчера обидела. Обычная история, подуется — перестанет. Зато нет худа без добра — принять утром ванну, что может быть лучше для похмельного человека? Кроме того, у Темы есть еще одно достойное качество: что бы ни случилось, он обязательно готовит себе (ну и мне, если я рядом) полноценный завтрак. Я обычно обхожусь без оного, поскольку аппетит пробуждается гораздо позже меня самой, где-то часов в одиннадцать, не раньше, но осознание приобщения к здоровому образу жизни, не может не радовать.

Утренний Темка — совсем другой человек, не то, что Темка вечерний. Он язвителен, предельно собран, весь как скрученная пружина, и мне глубоко антипатичен. Еще один аргумент в пользу нашего раздельного проживания. Не представляю, как бы я выносила его утренние шпильки и остроты изо дня в день. Поэтому сегодня опоздать на работу мне не грозило ни с какого бока: от Темы я вылетела как пробка из шампанского минут на сорок раньше того срока, когда собственно, имело прямой смысл покидать его квартиру.