Поскольку Тема щедрой рукой одолжил мне взаймы приличную сумму, а душа чего-то просила, то перед тем, как навестить свой разоренный дом, я отправилась гулять по торговым рядам. Ничто не может так порадовать женщину, как покупка какого-нибудь пустячка, вроде очередной кофточки или бижутерии.

Из торговых рядов я вышла в самом гнусном расположении духа. Лучше бы туда и не заходила. Причиной упаднического настроения стали черные босоножки с закрытыми носами и аккуратной застежкой-шнуровкой по голени. Эти сволочи сидели у меня на ногах, как влитые, и я ощущала себя в них царицей. Стоили они, правда, соответствующе, но хорошая обувь — есть хорошая обувь. И я их купила. После чего резко почувствовала себя несчастной-разнесчастной. Как ни странно, но осознание того, что ты сама можешь позволить купить себе то, что раньше могла получить разве что в подарок, ужасно удручает. Вот появился бы принц на белом коне, на худой конец — бизнесмен на черном Мерседесе, и сказал бы: что, Лиза? Нравятся туфельки? Я тебе их дарю! Так нет же: все сама, все сама!

Толя открыл моментально, будто караулил под дверью. Я ввалилась внутрь и в меру инквизиторским, как мне кажется, голосом спросила:

— Ну?

Толя, словно извиняясь, развел руки в стороны и ответил:

— Пока еще на стадии подготовительных работ. Снимаю штукатурку. Крепко держится, зараза, целый день на одну стену убил.

Не дослушав, я отправилась в большую комнату. Мамочки святы! Я думала, что страшнее, чем вчера, она уже выглядеть не может. Оказалось, я сильно ошибалась. Еще как может. И даже уже выглядит. В комнате спокойно можно было снимать клип про наркоманские подворотни, и никто бы не почувствовал подлога. Кирпичная стена с остаточными вкраплениями штукатурки, затоптанный грязный пол без единого намека, что еще вчера здесь разливалось озеро паркета. А посреди всего этого безобразия лежал перфоратор. Как называется этот гигантский стоматологический инструмент, и для чего он используется, мне в свое время поведал Тема. Так, в целях общего развития.