Отважный Стасик набрал воздуху в легкие и едва не срываясь на писк спросил:

— А… это… точно не заказуха? Может, наши продюсеры решили так подогреть интерес к нашей работе? Вы же сами говорили — лучше отрицательный пиар, чем никакого…

Тамара мрачно взглянула на Стасика, так что он мгновенно прикусил язык и пошел пятнами.

— Я только что от продюсеров. И мне, простите, вставили по первое число за утечку информации. Вот я и хочу узнать: не ваших ли это рук дело? Кто из вас с папараццами снюхался?

Тут мы загалдели наперебой:

— Тамара Сергеевна, да вы что! Зачем нам это надо? Мы ж не придурки пилить сук, на котором сидим…

— Хватит! — рявкнула Тамара. — Можете пудрить мозги кому угодно, только не мне. Я и так сегодня за чужие грехи по полной программе получила. Так что если никто ни о чем мне рассказать не хочет, то приступим к работе. Хватит бездельничать, вам тут не курорт.

Мы резво засуетились, изображая полную готовность к труду и обороне. Тамара с тоской посмотрела на злосчастную газету, потом решительно сгребла ее со стола и отправила в мусорную корзину.

— Чтоб ваша мерзкая газетенка выходила без шрифта и в рулонах! Обязательно найдется хоть одна сволочь, которая тебе все настроение изгадит!

Судя по интонации, с какой Тамара произнесла последнюю фразу, мы поняли, что буря практически миновала. Что ж, все правильно: начальство устроила разнос ей, она — профилактический разнос нам, не все ж в одиночку терпеть. Но все равно интересно — кто слил материал на сторону? Неужели и правда начальство решило, что это кто-то из нас? Вот еще дудки, делать нам что ли нечего?

— Так, — уже значительно более спокойным тоном сказала Тамара, — с Милой мы неплохо справились. Главное — зарезервируйте в очередной серии две сцены: одна — Роман ходит по улице или звонит по телефону, в общем неважно — ищет ее.