– О! – воскликнула она. – Столько гордости в тоне, будто ты получила Нобелевскую премию по квантовой физике. Между прочим, на этой планете в шахматы играют миллионы людей, не только ты одна. Так что не хвастайся! Говори, что тебя привлекло?

– Шахматная комбинация. Здесь изображена средневековая мансуба. Точнее, мат Диларам.

– Опять ничего не понимаю, – разочарованно покачала головой Ирина.

– Позиция, составленная композитором, – пояснила Таисия. – Так называют людей, которые создают шахматные этюды. Это не похоже на партию, скорее, на положение из партии. Но не забивай себе голову. Подобная информация тебе никогда не понадобится. Хочу подарить картину твоему деду. Она ему понравится.

– Непременно, – согласилась Ирина. – Ты очень внимательна к нему.

– Мне кажется, что твой дед – единственный мужчина, которого я по-настоящему люблю.

Ирина рассмеялась:

– Не верю. В твоей жизни столько любви, что я порою удивляюсь, как ты с ней справляешься? Признаюсь, такой влюбчивой особы я еще не встречала.

– Я не влюбчивая, а сильно увлекающаяся. Как будто у тебя крышу от чувств никогда не сносило! Со мной, например, такое случается постоянно.

– Сносило, – Ирина мгновенно стала серьезной. – Из-за того же самого объекта, что и у тебя, – она отпила большой глоток виски, пытаясь унять охватившее ее волнение. – Кстати, как он поживает?

– Каманин? Хорошо.

Таисия остановилась в центре комнаты и с удивлением посмотрела на подругу. Лицо Ирины говорило о том, что она до сих пор продолжает думать о мужчине, ставшем некогда любовником их обеих, причем в одно и то же время.

– Ты продолжаешь испытывать какие-то чувства к этой скотине?! Он же обвел нас вокруг пальца, как глупых школьниц, а потом бросил и женился на банковском счете!

– Уймись, – подняла руку Ирина. – Не стоит пересказывать эту историю, которая уже набила мне оскомину. И перестань обзывать его. Ты, между прочим, говоришь о своем брате.