Мы зашли в "Фортнэм" и заказали чай. С того памятного для я Фонтэн не видел. Она была в норковой шубке и в шляпке и тут же привлекла всеобщее внимание.

- Бенджамин дома, - устремив на меня взгляд, который я уже хорошо знал, тихо сказал она, - но у меня есть другое местечко.

- Поехали, - выдавил я, дожевывая бутерброд. Я ощущал себя на седьмом небе.

Фонтэн отослала шофера, и мы сели в такси, которое доставило нас в Челси. Квартирка была маленькая, но изысканно обставленная: широченная кровать, покрытая медвежьей шкурой, повсюду ковры, зеркала, жалюзи на окнах, приглушенный красноватый свет. На стене эротические картины, в книжном шкафу, у изголовья кровати, - порнографические журналы и книжки.

- Здесь я блядую, - улыбнулась Фонтэн.

Я, не знал, что и ответить. Никогда еще не сталкивался с такой непредсказуемой особой. Она разделась и растянулась голая на постели. Я совсем смешался, стал неуклюже ковыряться с одеждой, путаясь в рукавах и брючинах. Просто был выбит из колеи, вы не поверите!

Наконец, выпутавшись из одежды, я приступил к делу. Фонтэн неподвижно лежала, едва заметно улыбаясь. Совсем не так, как в прошлый раз. В итоге я так перевозбудился, что продержался совсем недолго. Пыхтя, я скатился с нее и уставился на наши обнаженные тела в укрепленном на потолке зеркале.

Фонтэн произнесла медленно, с расстановкой:

- Тони, как ты смотришь на то, чтобы научиться быть хорошим любовником?

Я приподнялся на локте и уставился на нее. Пытался понять, не шутит ли она. Я считал себя превосходным любовником. Уж в чем, в чем, а в этом деле я знал толк. Никто никогда не жаловался.

Теперь же, вспоминая былое, должен признаться, что Фонтэн и впрямь многому меня научила.