- Как дела на Олимпусе? Как курорт?

- Осталось кое-что доделать, но по мелочам, ничего особенного. Этот курорт на островах откроется, как и положено, в срок. Никаких отсрочек я не допущу.

Он взял полотенце и бережно завернул в него Еву.

- Знаешь, я теперь понимаю, почему, когда меня нет, ты предпочитаешь спать в кабинете. На Олимпусе я поселился в президентских апартаментах и обе ночи проворочался без сна. Без тебя было ужасно одиноко.

Она прижалась к нему.

- Слушай, мы становимся по-стариковски сентиментальны.

- Ну и что? Мы, ирландцы, вообще сентиментальны. Ева тихо усмехнулась. Ни друзья, ни враги Рорка ни за что не назвали бы его сентиментальным человеком.

- Так, свежих синяков, слава богу, нет. - заметил он, подавая Еве халат. Из чего можно сделать вывод, что эти дни были относительно спокойными.

- По большей части. Правда, один кретин переусердствовал с работавшей по лицензии проституткой: задушил бедняжку во время полового акта. - Она завязала пояс на халате, пригладила волосы. - Перепугался насмерть и убежал. Но через несколько часов опомнился и явился к нам в сопровождении адвоката. Вести допрос и оформлять дело я поручила Пибоди.

- Угу, - кивнул Рорк и, подойдя к буфету, налил себе и Еве вина. - Значит, действительно все было тихо.

- В общем, да. Сегодня ходила на гражданскую панихиду.

Рорк нахмурился, но потом вспомнил, о чем речь.

- А, да, ты мне говорила. Жаль, что я не мог вернуться пораньше.

- Фини очень переживает. Знаешь, всем было бы легче знать, что Фрэнк умер при исполнении.

- Ты хочешь сказать, что желала бы своему коллеге гибели от руки преступника, а не мирной смерти у домашнего очага? - удивился Рорк.

- Это было бы, скажем так, понятнее. - Ева сосредоточенно разглядывала бокал. Пожалуй, не стоит говорить Рорку, что и себе она желала бы смерти быстрой, пусть даже насильственной. - А кроме того, кое-что мне показалось подозрительным. Я виделась с семьей Фрэнка... По-моему, его старшая внучка немного не в себе.