Ее дыхание прервалось, губы раскрылись, а колени ослабели, но девушка заставила себя выпрямиться.

– Это был мой выбор. – Она быстро натянула рубашку и начала дрожащими пальцами застегивать пуговицы. – И я сделала это не для вас. Я сделала это для Брета.

Лара повернулась к Рикардо и увидела, что он все еще стоит на коленях. Казалось, эта поза должна была бы унизить его, но этого почему-то не произошло. Могло бы что-то умалить его превосходство над окружающими? Она сомневалась в этом.

– И именно о Брете я хочу сейчас с вами поговорить.

– Брет? – Он покачал головой. – Я уже сказал вам, что не могу выбирать за него.

– Вы можете. – От негодования ее пальцы сжались в кулаки. – Если то, что я сделала в аббатстве, хоть чего-нибудь стоит для вас, вы пообещаете мне то, что я прошу.

Рикардо не ожидал такой настойчивости.

– Господи, ну и упрямство!

– Я хочу, чтобы мой брат был в безопасности. Пообещайте мне это!

– Я не могу.

Лара смотрела на него с недоверием.

– Разве в вашей армии недостаточно простодушных детей вроде Мануэля? Неужели вам необходим еще и Брет?

Рикардо побледнел от гнева.

– Мануэль не воюет. За кого вы, черт побери, меня принимаете?

– За волшебника-крысолова. Почему вы не оставили Мануэля в деревне, вместо того чтобы забрать сюда?

– Марии передали, что секретная полиция подозревает, что это я поместил у нее мальчика. Неужели вам нужно объяснять, что случилось бы с Марией и Мануэлем, если бы я не забрал их сюда?

Лара отрицательно покачала головой и тихо сказала:

– Нет, теперь я понимаю, почему вы это сделали. – Их глаза встретились. – Но все это не имеет никакого отношения к Брету. – Она заправила рубашку за широкий пояс армейских брюк. – Скажите, что я должна сделать, чтобы его не убили на вашей проклятой войне?