Бизнесмен был настроен решительно. Через две недели после знакомства он отвез Ольгу на дорогой испанский курорт. Там душной жаркой ночью он сказал ей, что влюблен. По возвращении в Москву последовало предложение – все, как полагается: в мрачноватой нише пятизвездного ресторана, с цветами, шампанским и порывистым припаданием на одно колено.

На этот раз Оля собрала нас в пиццерии, чтобы продемонстрировать кольцо. Олино колечко было золотым – в серединке поблескивала виноградная гроздь из мелких мутно-зеленых изумрудиков.

– Наверное, он просто устал от одиночества, – тараторила она, азартно уничтожая двойную «Пепперони» (в кульминационные моменты мы с девчонками забываем о диете). – Он сказал, что полгода я буду жить в его домике в Швейцарии, а полгода здесь, в Москве. Рождество встретим на Ямайке, туда же отправимся в свадебное путешествие. Ой, девочки, он же предложил мне задуматься о ребенке! Первенца мы решили назвать Глебом, в честь его дедушки…

Теперь уже Ольга увлеченно готовилась к бракосочетанию, а мы изо всех сил ей сочувствовали.

– Хочешь, возьми мое платье? – предложила Викуля. – Мне все равно оно никогда не понадобится. Я все-таки решила, что брак не для меня.

– Нет уж, оно у тебя несчастливое, – испуганно отмахнулась Ольга.

Зря боялась. Ее несостоявшийся супруг и без всякого платья вскоре наглядно доказал, что идеальных мужчин все-таки не бывает. Нет, он не пропал бесследно, не бросил ее, рыдающую над свадебным нарядом. Он даже вроде бы не изменил своего к ней отношения.

Просто в один прекрасный день не без помощи одного светского сплетника Оля узнала, что ее жених давно и прочно… женат. Женат на тихой художнице с модельной внешностью, которая большую часть года живет в его домике в Швейцарии, а в Москве появляется эпизодически.