Мама недавно начала встречаться, или по крайней мере обедать, с высоким седовласым мужчиной, который просит меня называть его Ронни. Имя Ронни, на мой взгляд, вполне подходит для трехлетнего малыша. Впрочем, приятно, что мама встречается – и обедает – с мужчиной. Три года назад мой отец сбежал в Техас с Софи, своей троюродной кузиной или что-то в этом роде – словом, дальней родственницей. Они разговорились на какой-то семейной вечеринке и с тех пор не расстаются. Никто из нас не любит об этом вспоминать.

Однако мне удалось отказаться от ужина. Ронни обожает нацепить на вилку кусок рыбы, поднять ее вверх и радостно завопить: «Ага, попалась!» Похоже, он любит рыбу.

– Мам, извини, сегодня вечером не могу. – Беспардонное вранье.

– О? У тебя свидание? Это, конечно, не мое дело, но, видишь ли, сегодня суббота. Вечером в субботу миллионы молодых людей назначают свидания. Во всяком случае, я что-то об этом слышала.

– Полагаю, это гнусные слухи, распространяемые женскими журналами и производителями зубной пасты. Убеждена: большинство из нас слишком заняты, чтобы встречаться в субботу вечером, а это вкупе с женскими журналами и зубной пастой усугубляет ситуацию.

– То есть ты проведешь вечер в одиночестве, доедая холодные остатки вчерашнего обеда и пялясь в телевизор.

Вообще-то у меня нет никаких объедков.

– Нет-нет, – возразила, я. – Я приготовлю вкусный горячий ужин. Кстати, именно сейчас я достаю кое-что из морозилки.

С этими словами я направилась в кухню и попыталась открыть морозилку, но дверца намертво примерзла, превратившись в глыбу льда. У меня вырвалось злобное шипение.

– Что это? – спросила мама. – Боюсь подумать, что у тебя в морозилке. Дорогая, не ешь ничего, что хранится более пяти лет.

Кажется, мамочка хихикает.

Будучи от природы на редкость смышленой девочкой, я схватила только что обретенный штопор и начала скалывать лед. Уж мороженое там точно должно быть.