— Вы так думаете? — В голосе девушки звучала надежда.

— Ни один мужчина в здравом уме не оставит такую женщину, как ты, — твердо произнес босс. — Поверь мне.

Льюис оказался прав: Николас действительно вернулся через несколько дней, но отнюдь не на коленях и не для того, чтобы остаться. Он приехал, чтобы забрать свои вещи, и самое главное — коллекцию дисков. Уже направляясь к двери, Николас равнодушно бросил, что мебель, которую они покупали вместе, он, так и быть, оставляет.

Из окна Оливия видела, как он выехал со двора на блестящем черном “порше” последней модели. Вероятно, потратил на него все деньги, которые, как она рассчитывала, должны были стать его вкладом в строительство их общего дома.

Оливия безудержно рыдала, вспоминая, как покупала все эти вещи на распродажах, старательно откладывая деньги на их совместное будущее. Проплакала она и всю следующую неделю. По мере приближения Рождества ее депрессия только усиливалась.

В офисе Оливия была поглощена привычной работой, но дома ничего не могла делать, даже есть. В обеденный перерыв она бесцельно бродила взад-вперед по близлежащей улице, якобы в поисках рождественских подарков для близких и друзей. И она по-прежнему избегала проницательного взгляда своего босса. Ей было неуютно в компании этого все понимающего, заботливого человека.

Перед Рождеством она спохватилась, что не купила Льюису даже открытку, не говоря уже о подарке, и дала себе обещание купить подарок и вручить его сразу после рождественских каникул. Но как быть с ежегодной вечеринкой для сотрудников “Альтман индастриз”? Правда, Оливия была уверена, что никто не будет особо переживать из-за ее отсутствия. Обычно на лужайке перед зданием компании натягивался огромный тент, накрывались столы с учетом вкусов даже самых стойких диетиков и вегетарианцев, привозилось пиво в бочонках и много первоклассного шампанского. А главное — устанавливалась площадка для танцев.