— Ну что ты орешь? — проворчало существо. — У меня и так голова раскалывается.

Ники зло посмотрела на эту женщину, которая приходилась ей матерью.

Как судьба могла так поступить с ней, послав в родительницы эту деградированную представительницу женской половины человечества? Почему у нее не так, как у других? И все время приходится стыдиться матери?

С детских лет Ники уразумела, что нельзя приглашать в дом гостей. Иначе слава о ее матери-алкоголичке прицепится к ней на всю жизнь. Ники не могла завести друзей. Не могла хоть кому-то довериться. Все ее детство было наполнено страданиями. И она не помнила ни дня, когда бы не боялась прийти домой.

Мать могла созвать шумную компанию, и тогда Ники часами просиживала на грязной лестнице под самой крышей, ожидая, когда гости разойдутся. Иногда она засыпала, прижавшись к холодной обшарпанной стене, потому что попойка в родной квартире затягивалась до утра. И даже на лестнице ночевать было лучше, чем дома.

Чем старше становилась Ники, тем чаще замечала на себе плотоядные взгляды материных дружков. Она боялась их. Она не хотела бы оказаться с ними одна. Выросшая в бедном квартале, Ники с раннего детства была знакома с жестокой правдой жизни. Лишь благодаря везению ей не пришлось столкнуться с ней непосредственно на собственном опыте.

Она была осторожной, ибо прекрасно сознавала, что мать не поможет ей. Потому что ее мозг, затуманенный алкоголем, просто не сообразит, что происходит. А Ники не собиралась становиться жертвой. Кем угодно, только не жертвой.

— Почему ты ничего не принесла? — спросила Анита, подойдя к холодильнику и увидев зияющую на полках пустоту.

Ники пожала плечами.

— Я не собираюсь кормить всю твою компанию! — заявила она, брезгливо разглядывая неопрятную мать, от которой несло перегаром.

— Нахалка, — беззлобно выругалась Анита. — Я кормила тебя, пока ты была маленькой. Теперь ты должна исполнять свой дочерний долг.