— Спускайся вниз, Жюстина, — поспешно сказала она, — ты будешь ужинать с одной из моих подруг и заодно поздравь меня с удачей: господин Дюбур, которому я пообещала твое послушание, согласен принять тебя.

— Но, мадам…

— Перестань разыгрывать из себя ребенка, шоколад готов, следуй за мной.

Жюстина спустилась вниз. Недаром говорят, что неосторожность — спутница несчастья, но Жюстина внимала только своим невзгодам. Кроме Дерош и Жюстины за столом сидела очень красивая женщина лет двадцати восьми. Женщина блестящего ума и очень развращенного нрава, настолько же богатая, насколько любезная, столь же ловкая, сколько очаровательная, она, как мы скоро увидим, станет тем средством, которое с наибольшим успехом употребит Дюбур для того, чтобы завершить обращение нашей милой героини.

— Какая прелестная девочка, — начала мадам Дельмонс, — и я искренне поздравляю того, кому выпадет счастье обладать ею.

— Вы очень любезны, мадам, — печально отозвалась Жюстина.

— Будет вам, радость моя, не стоит так краснеть; целомудрие — это детская причуда, от которой следует отказаться при достижении возраста разума.

— О, я умоляю вас, мадам, — вступила в разговор Дерош, — немного вразумить эту девочку. Она считает себя погибшей оттого, что я оказала ей услугу и нашла для нее мужчину.

— Боже мой, какая чепуха! — воскликнула мадам Дельмонс. — Да вы должны быть бесконечно признательны этой женщине, Жюстина, и считать ее своей благодетельницей. Мне кажется, милая моя, у вас превратное представление о скромности, коль скоро вы считаете, что юной девушке недостает этого качества, если она отдается тем, кто ее хочет.