Уайлдер направился к своему пикапу и взялся за ручку кабины. Что-то застряло в щели между дверцей и кузовом. Он потянул на себя и с удивлением увидел серебрящийся в лунном свете клок меха. Он нахмурил брови. Как, черт побери, он мог не заметить его, выходя из машины? Внезапный порыв ветра подхватил у него с ладони меховой обрывок и понес, кружа, вдоль безлюдной улицы. Вот скорее всего и ответ на невысказанный вопрос. Трэвис залез в кабину, отпустил ручник и включил зажигание. Двигатель со скрежетом провернулся раза три, потом заглох. Он попробовал завести еще раз и был вознагражден похоронным металлическим лязгом, свидетельствующим о том, что его аккумулятор в очередной раз накрылся под воздействием высокогорного климата. В раздражении стукнувшись несколько раз лбом об руль, он вылез из грузовичка.

Здравый смысл подсказывал вернуться в салун и попросить кого-нибудь из посетителей взять пикап на буксир, чтобы завести на ходу. Но тогда не избежать массы вопросов, куда и зачем он направляется, а Джек просил его никому об этом не рассказывать. Тяжко вздохнув, Трэвис пустился рысцой по улице. От «Обители Мага» его отделяло не более мили, и ему вполне по силам преодолеть эту дистанцию пешком. Только что пробило девять, но единственный в городе светофор уже переключился на свободный режим, равномерно подмигивая своим янтарно-желтым кошачьим зрачком. Уайлдер пытался не вспоминать рассказ помощника шерифа Уиндом о дельгете. Сегодня он уже позволил собственному воображению возобладать над рассудком и отнюдь не желал повторения эксперимента.

С мостовой он перебрался на тротуар. Проходя мимо двери закрытого хозяйственного магазина, Трэвис внезапно остановился и поправил свои магические очки. Так и есть: тот же самый странный символ, что и на двери салуна. Спускаясь по Лосиной улице, он насчитал еще несколько дверей, отмеченных таким же знаком. Поежившись, будто от холода, Уайлдер прибавил шагу.