– Я с ним, – Лера показала на кота, – больше никуда не пойду. Я сейчас умру, – и чихнула.

– От этого не умирают, – Андрей передал кота подошедшей женщине, которая запела что-то вроде «котенька мой бедненький, котенька мой маленький, вот приедет Эллочка…». Леру передернуло. – Что, кроме тебя, некому было? Ты же вроде такими мелочами не занимаешься?

– Ну, лето, сам понимаешь. Отпуска.

– Нет, я – не понимаю. И понимать не хочу.

– Да ладно, Андрюш. Каждый делает то, что умеет. Вот ты талантливый, а я нет. Ты ведь меня на работу не возьмешь? Приходится выживать.

– Выживают на нашу зарплату, а на твою – живут.

Привычно препираясь по давно обсужденному вопросу, Лера и Андрей поднялись в гримерку. Лера, предоставив Андрею ворчать, с наслаждением умылась и достала из шкафа его чистую рубаху, которая была ей почти впору.

– Как думаешь – что сначала: сигарету, таблетку или кофе? – с сомнением спросила она у Андрея.

Махнув рукой, он подал ей чистый носовой платок и ушел в дальний угол комнаты заваривать кофе. Когда он вернулся с кружкой, Лера лежала на продавленном диванчике, подвернув под себя одну босую ногу, и с наслаждением курила.

– Неплохо, – оценил он мизансцену. – Картина «Жозефина Бонапарт на оттоманке», не помню, чьей кисти. Она там вся в белом.

– Да? – порадовалась Лера.

– Если бы еще не чихала.

– Я сейчас перестану. Мне с тобой поговорить надо.

– Насчет Сашки? – забеспокоился Андрей.

– Нет, что ты, с Сашкой все в порядке, я бы тебе позвонила, если что. Там за ним Ольга Сергеевна присмотрит, ты же знаешь, как она к нему относится. Мне надо…

– Что, опять?!

– Ну, Андрюш… пожалуйста! Иначе мне придется этому мужику другую встречу назначать, все согласовывать. А так я бы завтра на поезд – и в Питер! У Сашки в понедельник первый экзамен. Он меня встретит, и вместе в университет поедем.