— В Квинсленде, — сказал он. — Но сейчас я живу в Порт-Линкольне...

— А вот и я, — объявила леди Энн, входя с подносом, уставленным аппетитными закусками.

К радости Торри, ужин прошел спокойно. Все наслаждались холодным цыпленком, салатом из авокадо и сырным пирогом, запивая все это превосходным «рислингом».

Торренс сама поражалась, как ей удается быть такой естественной. Смущение, вызванное присутствием Джона, бесследно исчезло, и в конце концов она вынуждена была признать, что именно он помогает ей в этом. С момента их встречи в коридоре и его замечания о «бродяге» он не позволил себе ни одного насмешливого взгляда или нетактичного замечания в ее адрес.

Родители, со своей стороны, поддерживали дружелюбную атмосферу за столом, во всем стараясь угодить гостю.

Все дело во мне самой, вздохнула Торри и унеслась мыслями далеко-далеко, на мыс Ветров, в ту неповторимую звездную ночь...

Она закрыла глаза и болезненно поморщилась, вспоминая, как неожиданно закончился тот дивный вечер... Как чудовищно глупо она вела себя, дав Джону повод унизить себя. И все-таки этот человек — загадка, подумала девушка, поднимая ресницы и глядя на него. Между прочим, что он делал там, на берегу моря? И как он может сейчас, в ее присутствии, вести себя так, словно между ними ничего не произошло? Как будто не было того сумасшедшего взрыва чувств и всего, что за ним последовало...

Он ловко одурачил тебя, напомнила она себе и представила, что снова встретила его, такого, каким он предстал перед ней тогда...

Путешественник, вечный странник, бродяга... Ее в тот момент привлекла именно его загадочность.

Торри уставилась перед собой невидящим взглядом, приоткрыв губы, и снова глубоко вздохнула...

— Ты так вздыхаешь, детка, как будто у тебя на плечах непосильная ноша, — заметил отец.

Девушка вздрогнула, увидев, что все с изумлением смотрят на нее.