— Вы видите занозу? — спросила девушка, не узнавая собственного голоса.

— Сможете идти сама, или мне лучше отнести вас? — Он поставил ее ногу на землю.

Торри скорчила гримасу.

— Я вовсе не пушинка. Может быть, попробовать использовать вас в качестве костылей... Не возражаете?

— Ни в коей мере, — просто сказал он, не обращая внимания на ее задиристый тон, и вдруг легко подхватил девушку на руки.

Торренс открыла было рот, чтобы возразить, но он молча взглянул на нее, и она неожиданно для себя самой улыбнулась ему доверчивой детской улыбкой.

— А как же ваши вещи?

— Я потом вернусь за ними.

Он шел широким шагом, локтями раздвигая кусты, и, повернувшись к нему лицом, чтобы избежать ударов веток, Торри с трудом сдерживала желание прижаться щекой к его влажной загорелой груди.

Как не стыдно, укоризненно подумала она и настороженно подняла голову.

— Что случилось? — спросил он.

— Вы идете не в ту сторону. Эта дорога ведет к вершине...

— Если вы подозреваете меня в намерении похитить вас, — сказал он, глядя в ее серо-голубые глаза, — то, ради Бога, можете идти дальше сами.

Торри почувствовала, что краснеет.

— Я... я имела в виду, что... — растерянно пробормотала она.

— Я знаю, что вы имели в виду, — произнес незнакомец. Догадавшись, что он снова смеется над ней, она обиженно надула губы. — Мой лагерь недалеко от мыса Ветров. — Он поставил ее на землю, не выпуская из своих крепких рук. — Мы уже пришли.

Торренс, стоя на одной ноге, с любопытством огляделась. Прямо перед ней стояла палатка, а рядом, под кроной чайного дерева, раскинулся голубой навес.

Лагерь был разбит на краю обрыва, с которого открывался сказочный вид на море, волнистую линию прибоя и желтую полоску уходящего вдаль пляжа.