— Успокойся, Федор, — твердила Любава. — Ты пойми, что мне теперь в моем положении тетушка — первая опора. На мое счастье, я нашла ее. Благодаря тебе, заметь! — прибавила она. — Ежели бы не твой характер, как знать… Я бы и не вспомнила про нее и уж не пошла бы ее искать, это точно. Случай, которым грех не воспользоваться!

— Ну только из того, что вам это надобно, терплю, — все говорил и говорил Федор.

— Эх, добрый же ты человек! — улыбаясь, сказала Любава.

— Да уж это верно…

Тетка все исполнила, как и намеревалась. Платье и все прочее уже ждало Любаву.

— Ну что скажешь? — спросила ее довольная графиня, заведя девушку в комнату, предназначенную для нее.

На кровати лежало роскошное белого атласа платье, сшитое по самой последней моде.

— Платье сшито было для меня, так что теперь на тебя его надо будет немного подогнать. Тут уже и портнихи, и девки ждут.

— Тетушка! — испугалась Любава. — Зачем же вы мне отдали такое красивое платье? Можно было найти и попроще…

— Вот еще! — возмутилась Агния Петровна. — Для моей племянницы — и попроще! Ты ведь даже и не знаешь, что за люди соберутся у меня нынче… Попроще, вот еще… — бормотала она.

Меж тем Любаву уже принялись одевать. Сначала парик, чулки, туфли, нижнее платье, корсет. Потом пудра, от которой девушка расчихалась. Затем уже и платье — чудо портновского искусства!

— Вот теперь никто не усомнится в том, что наше семейство — самое красивое! Хотя ты и худа, но в тебе много изящества и лицо твое весьма интересно. Ты не похожа на здешних девиц и привлечешь к себе множество взоров, когда сама того пожелаешь.

— Нужно ли множество-то? — спросила Любава. — Не достаточно ли одного, но самого дорогого?