Но нет. Ничего подобного не было и в помине. Ни мужа, обеспокоенного долгим отсутствием супруги, ни родителей, ни сестер с братьями, ни даже прислуги. Кстати, отсутствие какой-либо прислуги натолкнуло Катку на определенные мысли.

– Софа, а почему в особняке нет слуг?

– А зачем?

– Дом огромный, его в любом случае надо убирать.

– А его убирают. Только приходящая прислуга. У меня договоренность с агентством. Два раза в неделю приезжают люди и наводят здесь чистоту.

– А кто готовит?

– Никто. Заказываю еду в ресторане. Очень удобно, привозят все готовое. Тебе остается только вооружиться вилкой и приступить к поглощению яств.

На журнальном столике Катарина заметила фотографию пожилого мужчины.

– Твой отец?

– Что ты, – засмеялась София, – это Аристарх, мой муж.

Катка едва не подпрыгнула.

– Так он же старик, – ляпнула она, беря в руки рамку.

– Не скажи. Да, он стар по возрасту, но в душе Аристарх мальчишка. Запросто мог дать фору нынешним подросткам.

– Сколько ему лет?

– В этом году должно было исполниться семьдесят три.

– Однако.

– Положи фотографию и следуй за мной.

На лестнице София кивнула на валяющийся здесь же разбитый бокал.

– Видишь? Это я вчера разбила, когда от них убегала.

– Куда мы идем?

– В зимний сад.

Неизвестно почему, но у Катки началась тахикардия. Сердце было готово выпрыгнуть из груди.

– Только, пожалуйста, не разговаривай громко и по возможности не подходи к кадкам близко, – предупредила София.

Миновав спальню хозяйки дома, Катарина замерла у двустворчатой стеклянной двери.

– Зайди первая, – попросила София. – Я боюсь.