Они были еще далеко от нахождения ворот Обещания. Графиня дала им все, кроме того, что они желали больше всего — свободу.

Шайлер не верила что Изабель, та, что была хорошим другом для Лоуренса и Корделии и одной из самых уважаемых вдов-вампиров европейского общества, была предателем Серебряной крови. Но после предательства Форсайта Левеллина в Нью-Йорке, ничего уже не казалось таким невозможным. В любом случае они не могли себе позволить ждать и пытаться выяснить, что графиня собирается держать их в плену неограниченный срок.

Шайлер застенчиво взглянула на Джека. Они были вместе уже месяц, но каждое его прикосновение, его голос, его обращение к ней — все это было, таким новым для нее. Он свободно, без стеснений мог положить свои руки на ее плечи. Она стояла рядом с ним, напротив поручней и он обхватил рукой ее шею, притянув ее ближе, проворно поцеловал в макушку.

Она любила то, как он целовал ее, а от как он держал ее, придавало ей глубокую уверенность или даже защищенность.

Сейчас они принадлежали друг другу.

Возможно, Аллегра была права, думала Шайлер, когда говорила своей дочери вернуться домой и прекратить бороться, прекратить бежать от поиска своего собственного счастья. Может быть ее мать хотела, чтобы она поняла это.

Джек опустил руку с ее плеча, и она проследив за его взглядом, увидела "парней" на небольшой лодке, которые спускали что-то с кормы на воду.

Это была веселая парочка приятелей, итальянцы Драго и Игги (сокращенно от Игнасио), Венаторы, прислуживающие графине и ко всему прочему, их тюремщики. Но Шайлер сдружилась с ними и они почти стали для нее друзьями. Ее нервы были на пределе, когда она думала о том, что они с Джеком задумали сделать. Но у них не было другого шанса.