На звонок Лауры дверь открыла полная домработница средних лет.

Мистер Апперли ждет вас в своем кабинете, – сказала она, улыбаясь и оглядывая простое шерстяное платье гостьи. – Это вон та дверь, налево.

Пройдя на нетвердых ногах через роскошную прихожую, Лаура постучала.

– Войдите. – Спустя три года этот решительный, низкий голос был убийственно знакомым.

Она сглотнула и вспотевшей ладонью повернула дверную ручку.

Дэвид Апперли сидел за полированным письменным столом с золотой авторучкой в руке перед стопкой бумаг. Он был без пиджака, закатанные рукава рубашки обнажали мускулистые руки, покрытые темными волосами.

Когда Лаура вошла, он встал, не говоря ни слова, его глаза неторопливо изучали ее.

Он казался выше, а плечи под рубашкой шире, чем она запомнила, но лицо с резкими чертами и зеленовато-золотистые глаза были все те же.

Лаура была уверена, что подготовилась к встрече, однако волна эмоций тут же захлестнула ее, мешая думать. Комната закружилась вокруг нее, и она вновь испытала приступ дурноты, как накануне вечером. Ей пришлось ухватиться за спинку стула, чтобы удержаться на ногах, и она изо всех сил прикусила губу.

– Вы в порядке?– нахмурившись, спросил Дэвид.

– Да... – Лаура подняла голову, ощущая на губах солоноватый привкус крови. – Все в порядке, спасибо.

– Может быть, вам лучше сесть?

– Спасибо, – повторила она и опустилась на стул напротив хозяина.

– Вы бледны. – В его голосе звучала искренняя озабоченность. – Вам нехорошо?

– Нет. – Она покачала головой. – Просто я не привыкла к скоростному лифту...

– Сколько у вас было выходных, когда вы работали у миссис Бернсайд?