Реджина покраснела, а синеглазый Адонис усмехнулся. Его приятель наблюдал за этой сценой с насмешливой улыбкой.

Ведь она знает правило номер один: привлекательная женщина, путешествующая за рубежом, не должна знакомиться с мужчинами, какими бы красивыми и дружелюбными они ни казались. Особенно не следует знакомиться с ними в баре.

Реджина приказывала себе немедленно уйти. Нет, убежать! Она должна бежать, как убежала прошлой ночью, поскольку не имеет ни малейшего представления, что за человек этот Адонис. А вдруг он жиголо? Или, хуже того, серийный убийца?

Жиголо? А его приятель — сутенер? Интересно, жиголо имеют сутенеров? Реджина нахмурилась, вспомнив пожилую женщину с платиновыми волосами и ярким макияжем в красном «мазератти» с откидным верхом, в компании которой она видела вчера Адониса.

Та высадила его на причале, рядом с огромной белой яхтой «Симонетта», и многократно расцеловала. Когда женщина заметила, что Реджина наблюдает за ними, она приветливо улыбнулась, а Адонис поспешил высвободиться из ее объятий. Внезапно эта сцена увиделась ей совсем в другом свете. Жиголо!

А другая женщина? Средних лет, с огромным бриллиантом на пальце, в черном «феррари», с которой она видела Адониса сегодня? Эта привезла его на причал и высадила у той же яхты, расцеловав так же многократно, как и женщина накануне. Только сегодняшняя женщина выглядела более властной и дважды окликала его, заставляя вернуться к машине.

Под взглядом мужчины кожа Реджины горела огнем, и она пожалела, что не оделась более привычно.

Дома, в Техасе, она носила скучные, закрытые костюмы, приличествующие адвокату. Самое ужасное, что сарафан, который был сейчас на ней, ей продала старшая из любовниц жиголо в том же магазинчике, где она купила крестик. Она же убедила ее распустить волосы и воткнуть в них цветок.

— Вы так прекрасны, синьорина, когда ваши волосы распущены. Их нужно украсить цветком с волшебного куста, и тогда вы найдете себе друга.