– Ох, простите! Извините, бога ради, я нечаянно! Клянусь, я не хотела! Снимайте ваш галстук, я простирну. В туалете горячая вода и мыло, мне все равно туда надо, – бестолково причитала косорукая девица, тычась указательным пальцем в сползающие на нос дымчатые очки, бывшие модными лет двадцать назад.

– Будьте так любезны, успокойтесь. Это всего лишь сок, а не кровь.

– Боже сохрани! Как вы можете так шутить?! – Неожиданно когтистая правая пятерня взметнулась к багажной полке, левая – к пластмассовой перемычке нелепых очков, локти разлетелись в стороны, и на мужской свитер вслед за соком опрокинулся стакан с минеральной водой.

– Ой!

– Черт!

– Помощь нужна? – подскочила стюардесса.

Подмокший пассажир безнадежно окинул взглядом небольшой салон бизнес-класса: ни одного свободного места.

– Принесите чистое полотенце или салфетки.

– Конечно, сию минуту, – поспешила к выходу бортпроводница.

– Вы, наверное, меня ненавидите, – вдохновилась чужой терпимостью курица, набирая в легкие воздух.

– Не занимайтесь самообманом и не льстите себе. Вы, кажется, собирались куда-то? Не опоздайте, самолет скоро пойдет на посадку.

– Нет-нет, что вы! Нас еще обязательно должны покормить, я знаю, – радостно просветила безголовая девица, поднимая юркий зад. – Хорошо бы опять была рыба, – забормотала под нос и потопала, наконец, к заветной кабинке.

– Вот, пожалуйста, – сочувственно улыбнулась расторопная девушка в синем, протягивая бумажные салфетки. Смазливая, лет двадцати, зовущие глаза, улыбчивый рот, ноги от шеи – дуреха, готовая запрыгнуть в койку к любому из этого салона с наивной надеждой его окрутить.