Таня Розен прихлебнула вина и усмехнулась.

— Стало быть, нас ты нормальными не считаешь?

— Но вы-то живете здесь... Как-то, когда Нил, мой бывший, вконец извел меня очередным приступом ностальгии... я, помнится, говорила, что он у меня тоже был русский... Так вот, я ему посоветовала вернуться и пожить там с полгодика, желательно без французского паспорта, без валюты, без обратного билета. Это навсегда излечило бы его от тоски по родине...

— Ну да, — вставила Аланна. — В позапрошлом году моя мама съездила на Украину и полностью излечилась.

— И что он? Воспользовался советом? — спросила Таня.

— Не знаю. И, честно говоря, знать не хочу... Да, он был чертовски красив, обаятелен и неглуп. Но без характера, без амбиций, без цели и направления в жизни. Плыл себе по течению, к тому же, слишком много пил и слишком неразборчиво трах... я хотела сказать, спал с кем попало. Думаю, либо он окончательно спился, либо состоит на содержании у какой-нибудь богатой старухи... Повторяю, мне это совсем неинтересно! Она наполнила свой опустевший стакан.

— Сесиль, это вино!

— Да?.. Ну и пусть, только не говорите Крису...

С блюдом, полным дымящегося, аппетитно пахнущего мяса подошел Алекс.

— Что ж вы, девки, приуныли, вот и наши шашлыки! — пропел он по-русски, и Сесиль сразу вспомнила правильное название этого блюда. Шашлык! Именно шашлык. А место, где подают шашлыки, называется шашлычная. В одну такую, на Лермонтовском проспекте, ее водил ее бывший... Когда еще был будущим...

— А где же остальные наши мужья? — по-английски спросила Аланна. — Почему не идут?

— Вторую порцию заряжают. И обсуждают предстоящую поездку. Наш мормон что то втолковывает Пашке насчет инвестиционных рисков. — Алекс плюхнулся на свободный стул, извлек из-под отворота рукава мятую пачку «Мальборо», эффектно чиркнул спичкой об ноготь. Настоящий ковбой! — А вы, девочки, пока раскладывайте и разливайте.