В свои тридцать лет он был необычайно красивым мужчиной, с огромным обаянием, которое Ева испытала на себе три года назад. Ей было неприятно вспоминать об этой мимолетной встрече, не только унизительной, но и чуть было не оказавшейся роковой для нее.

Встреча эта запятнала репутацию девушки и послужила поводом для разрыва с ней отношений человеку, за которого она намеревалась выйти замуж.

Ева заметила Маркуса Фицалана еще при отпевании отца в церкви. Он сидел сбоку от нее, чуть впереди. Орлиный нос придавал ему несколько заносчивый вид, твердо очерченные губы обещали наслаждение, которое Еве довелось испытать. Из-под широких черных бровей смотрели ясные голубые глаза. Еве не верилось, что это тот самый мужчина, который так страстно целовал ее три года назад.

Ощутив на себе взгляд, Маркус медленно повернулся в ее сторону. Глаза их встретились, он вопросительно поднял брови. Ева поспешно отвернулась, негодуя на себя за то, что ноги ее сделались ватными, а сердце заколотилось бешено, как тогда, при их знакомстве.

И вот они вместе сидят в гостиной Бернтвуд-Холла…

Его присутствие здесь было ей неприятно, она желала бы избежать встречи с человеком, на которого затаила тяжкую обиду.

Но бабушка, любившая общаться с местной знатью, не замедлила после возвращения из церкви познакомиться с импозантным джентльменом и захотела во что бы то ни стало представить ему внучку, не зная, что тот стал причиной ее бесчестия. Спасая от него дочь, Джон Сомервилль привез тогда Еву к бабушке, в Камбрию, изображая очередной родственный визит. К счастью, репутация Евы не была испорчена безнадежно, инцидент был скоро забыт, Ева вернулась домой, но чувствовала себя глубоко оскорбленной.

— Я хочу представить тебя мистеру Фицалану, Ева. Они с отцом были закадычными друзьями, даже партнерами в бизнесе, а ты с ним будто и незнакома. Странно как-то, — сказала леди Пембертон.