– И все-таки не попрощаться – подло. Мы не должны убегать тайком. Ты же знаешь, мы с ним заключили соглашение на год. Он подписал контракт, в котором это обговаривалось.

– Тогда он так сходил с ума от похоти, что согласился бы отдать и душу, если бы ты попросила. И еще улыбался бы при этом. Поверь моему слову, милая, – подписанное соглашение ничего не значит для распутного герцога. Когда он заполучил тебя, он рассчитывал купить тебя на пять долгих лет. И был готов получить тебя любой ценой.

Она наклонила голову, рассматривая прекрасный турецкий ковер под ногами. Честно говоря, это была единственная подлинная восточная вещь во всей комнате.

– Полагаю, ты прав.

Уже не в первый раз она жалела, что поцеловала герцога. Любая дама полусвета знала, что этим напрашивается на большие неприятности.

– Тебе двадцать восемь, Верити. Скоро ты станешь старовата для этих забав. Тогда смотри, как бы знатный и могущественный Кайлмор не задумал заменить тебя свеженькой девицей.

Верити усмехнулась:

– Какой старухой ты меня считаешь!

Брат тоже улыбнулся:

– О, я не говорю, что тебе уже пора на живодерню. Но ты долго обдумывала это. Не позволяй неуместной жалости изменить твое решение.

– Ты прав. – Соглашение с герцогом предоставляло возможность навсегда расстаться с этой противоестественной жизнью. Он скоро оправится от удара, который нанесет его гордости ее отъезд. – Сорайи больше нет.

Бен широко улыбнулся:

– Прекрасно, милая. И я не прочь добавить – я буду страшно рад отделаться и от проклятого Бен-Ахада, любимого евнуха султана.

Спустя час после того, как герцог Кайлмор покинул любовницу, в большой библиотеке произошла ссора с матерью.

Подобные ссоры не были исключительной редкостью. У Кайлмора с герцогиней были напряженные отношения даже в лучшие времена. Но сегодняшняя схватка казалась более ожесточенной, чем обычно.