Ее тело было сухим и покрыто наростами, как у семидесятилетней старухи; ее дряблые бедра в форме бочки были похожи на грюйерский сыр или на лунный ландшафт, при такой фигуре можно носить только вельветовые штаны и шерстяные гольфы плотной вязки. С такой справиться — плевое дело. Этот ходячий комплекс неполноценности — потенциальный враг дурехи Лауры, которая думает, что сможет подружиться с интеллектуалками, выставляя напоказ свой сороковой размер в сорокалетнем возрасте. Она свалит отсюда в Порто-Черво вместе со своими драгоценными подружками, экс-випами на шпильках.

Глава восьмая

— Что это был за осел?

— Бедненький, у него был такой жалкий вид, его бы хватило максимум на один круг, его несчастные глаза как будто говорили: «Посмотрите на меня, я сейчас рухну замертво!»

— И что ты сделала?

— У меня так сжалось сердце! Одна мысль, что я не смогу его спасти, казалась мне невыносимой.

— А где все это произошло? И как ты там оказалась?

— Я была на ипподроме, то есть на мулодроме. Я и не знала раньше, что такие существуют.

— Я тоже не знала.

— Вооружившись благими намерениями, подхожу к судьям: к четырем расфуфыренным старым хрычам в серых пиджаках времен их молодости. И в образе дамы из высшего света произношу на публику речь в защиту бедного ослика.

— Сработало?

— Еще как. Четверо добросовестных судей пообещали мне, что ослик пробежит всего один круг.

— Они тебе никого не напомнили?

Я бы сказала, напомнили. Это типаж Андреа: пятидесятилетние мужики с изысканными манерами, пытающиеся убедить самих себя и всех вокруг в своей утонченности. Но самым главным в этом сне были мои ощущения. Какое облегчение я испытала, когда поняла, что добилась успеха! Случай показательный, в стиле Макиавелли: цель оправдывает средства. Прикинувшись femme fatale, я смогла спасти ослиную шкуру. То есть, без сомнения, мою шкуру. Потому что чувствую я себя именно как загнанное животное.



21 из 125