Зажав зубами сигару, он чиркнул спичкой о кирпичную стену позади себя. Маленький огонек заплясал в темноте. Подавив усилием воли дрожь в руках, он зажег сигару. Сразу же почувствовав себя спокойнее, Сет прислонился к темной витрине магазина и стал внимательно разглядывать Луизу.

Она стояла на краю тротуара и разговаривала с извозчиком. Сет мог видеть густые пряди светлых волос, спадавшие на шею из-под тирольской шляпки; его львиная грива была такого же цвета. Ему вдруг подумалось, остался ли у ее светлых волос золотистый оттенок, как у него, или в них сейчас уже много седины.

Почувствовав на себе взгляд, Луиза внезапно умолкла и посмотрела в сторону Сета.

Сет с напускным безразличием затянулся сигарой, но не выдержал табачного дыма и закашлялся. Он никогда не испытывал пристрастия к табаку; по правде говоря, ему бывало плохо от этой гадости, особенно когда он затягивался. Обычно Сет только делал вид, что курит, потому что находил сам этот процесс успокаивающим, необходимым в таких ситуациях, когда нужно было отвлечься от одолевавшей его злости.

Часы на здании пивоваренного завода Вандерлинов пробили семь. Сет бросил недокуренную сигару на тротуар и потушил ее ногой. Луиза села в свой экипаж и, казалось, потеряла всякий интерес к стоявшему на противоположной стороне улицы незнакомцу.

— Погоди, Луиза Кортланд, — прошептал тихо Сет. — Я ненадолго останусь незнакомцем.

Приближалось время осуществления последней части его плана, когда прозвучит похоронный звон по пивоваренному заводу Вандерлинов и будет разрушено все, что дорого Луизе. А когда ее жизнь окажется разбитой и она будет метаться в невыносимом отчаянии, то ей предстоит лицом к лицу столкнуться с мстительным порождением своего собственного зла: с Сетом Тайлером, ее давно умерщвленным сыном.

— Мистер Тайлер, добрый вечер! — приветствовал Сета Флойд Темпл, владелец салона Шекспира.