Национал-социалисты! Немецкие соплеменники!

Я говорю с вами сегодня не как рейхсминистр, а как национал-социалист, который, как мало кто другой, знает, что прежде всего волнует старых соратников. Я знаю это лучше других, потому что сам имею честь причислять себя к самым старым партийцам начального периода Движения, примкнувшим к Вождю в 1920 году, когда с ним были всего несколько человек.

Я сохранил до сих пор прекрасные воспоминания о том времени, когда я вместе с Вождём терпел нужду ради идеи, во имя которой мы жили. Я вспоминаю о неописуемо трудных битвах, которые пришлось выдержать первым борцам за новую идею.

Я стоял перед Фюрером среди первой дюжины штурмовиков Движения. Во время первой стычки штурмовиков с врагами я упал к ногам моего Вождя, истекая кровью. Одним из первых руководителей СА я принёс присягу верности Адольфу Гитлеру. 8 ноября 1923 года я ворвался вместе с моим Вождём в Бюргербройкеллер. Я провёл вместе с ним семь с половиной месяцев в тюрьме. Я помогал Адольфу Гитлеру в, казалось, безнадёжной ситуации создавать новое Движение. В последующие долгие годы до завоевания власти я каждый день был рядом с ним. Я сопровождал его на чреватые опасностями собрания по всей территории Германского Рейха. Я вместе с ним пережил все тяготы, когда почти все силы, враждебные Германии, объединились против него! Я разделял вместе с ним его страдания, его надежды, его веру и радость победы.

Я должен сказать всё это вам, мои товарищи и соплеменники, потому, что вы поймёте тогда, что я знаю Вождя и его самые глубинные мысли как никто другой! Но я должен сказать вам это ещё и потому, что вы лучше поймёте тогда, что каждый, кто пережил эту невероятно тяжелую борьбу почти с первого дня Движения, остаётся тем, кем он был: национал-социалистом в первоначальном значении этого слова.