— Попробуйте пошевелить пальцами.

Рисса повиновалась. Нежно, но вместе с тем уверенными движениями Антонио ощупал лодыжку. Боль почти прошла, но Рисса до сих пор нервничала, а потому дрожала.

— Кости целы, графиня, но у вас очень серьезный ушиб.

Прежде чем Рисса успела что-нибудь сказать, снаружи раздался какой-то звук. Оба замерли.

Антонио вышел, а еще через минуту Рисса различила голос Ливии. Осторожно встав со своего места, девушка пересекла кухню и вошла в гостиную.

Экономка держала на руках рыжего кота и заботливо гладила его по шерстке. Ливия что-то быстро затараторила. Итальянский Риссы был настолько слаб, что она не успевала ничего понять. Антонио выступил переводчиком.

— Фабио сбежал из нового дома сестры Ливии, поранив при этом лапу. Ливия так расстроилась, что решила пораньше прийти на работу, в надежде найти негодника здесь.

Рисса в изумлении взглянула на часы.

— Уже пять часов утра, а я не спала ни минуты!

— Такая красавица, как вы, не должна беспокоиться об этом, — промурлыкал Антонио с улыбкой, от которой почему-то повеяло холодом. — Богатые женщины могут позволить себе весь день нежиться в постели, разве нет?

— Только не я, — заявила Рисса, подумав, что даже Ливия, наверное, зарабатывает больше ее. — У меня впереди трудный день. Мне нужно подготовить для себя комнату. Кажется, Ливия отдала мне свою, а я не могу этого допустить. Вы должны жить здесь, Ливия. Это ваш дом.

Экономка лишь сильнее прижала своего драгоценного кота к груди.

— А сейчас не могли бы вы накормить Антонио завтраком? — продолжала Рисса. — Он был очень добр и помог мне. Меньшее, что мы можем сделать для него, это предложить ему чашечку кофе.

— Не знаю, графиня, — Ливия закусила губу и с подозрением посмотрела на Антонио.

Рисса тоже не была счастлива оттого, что Антонио Изола находился в ее доме, но она считала необходимым отблагодарить его.