Это было невероятно. Антонио знал, что обычно женщины так себя не ведут. Очевидно, ему потребуется нечто большее, чем просто деньги, чтобы заполучить замок Тициано.

Он видел, как хорошо одетый мужчина проводил девушку до ворот замка. Должно быть, это и есть графиня и ее слуга. Антонио ожидал увидеть грубоватую манхэттенскую штучку, но вместо этого его глазам предстала милая хрупкая девушка, которая к тому же неуверенно озиралась по сторонам.

Да уж, не всегда все идет так, как ожидаешь, подумал Антонио.

В его голове постепенно вырисовывался план действий.

Когда Антонио возвратился во Флоренцию, в отеле его уже ждала «Файнэншл таймс». Прежде чем проверить электронную почту, Антонио быстро просмотрел газету. «Миллиардер спонсирует строительство новой клиники», — прочитал он заголовок в углу первой страницы. И снова его глазам предстала старая история, которую так любили пережевывать журналисты. Его мать была дочерью эмигранта. Об этом Антонио узнал от отца, рыбака, всю жизнь прожившего в Нейплсе.

Газетам нравилось писать об этом, как и о том, что Антонио сам всего добился. Но в отличие от глянцевых журналов, «Файнэншл таймс» не стала утруждать себя описанием внешности Антонио и его неизменного успеха у представительниц противоположного пола. Все сводилось к состоянию его банковских счетов. Антонио ненавидел эту шумиху вокруг своего имени.

Он вырос в небогатой семье и сам заработал приличное состояние. Ему нравилось помогать людям, но то, что другие так любят считать его деньги, раздражало Антонио.

Улицы Нейплса навсегда оставили отпечаток в его душе. Его темные глаза часто загорались от злости, но почти никогда в них не плясали веселые чертики, даже если Антонио от души смеялся. Ребенком он четко уяснил, что единственный, кому можно доверять, — это он сам. Антонио Михаэли-Изола. Если работа стоящая, делай ее сам — эта простая истина позволила ему переехать из двухкомнатной квартиры в огромный дом, достойный суперзвезды.