— Да успокойся ты, — сказала ему Кэндис, когда терпеть его молчаливую неприязнь стало уже невозможно. — Я сделала тебе отличную рекламу.

Это была реплика невпопад, Кэндис бросила ее в ответ на печально-задумчивый взгляд Брэндона. Вообще разговор шел о приготовлении лазаньи.

— Думаешь? — саркастически поинтересовался он.

— Уверена. Кто-нибудь да напишет об этом. Что-нибудь вроде «Волшебная сила искусства: работы молодого фотохудожника потрясли девушку до потери сознания». От желающих «потрястись» отбою не будет.

Брэндон усмехнулся.

— Ты послушай, послушай Кэндис! — посоветовала захмелевшая Глория. — Она у нас толк в этом деле зна... Уй-й-й!

Глаза Глории, и без того огромные, расширились еще больше. Кэндис прицельно ткнула ее каблуком в ногу.

— Что? Что такое? — засуетился Майк. Судя по его поведению, Глория была самой роскошной женщиной, которую он когда-либо видел.

Глорию сложно было назвать красавицей в общепринятом смысле слова: невысокого роста, с острыми скулами, крупноватым носом и маленьким ртом, она все же обладала невероятным шармом, одевалась с безупречным вкусом, а огромные глаза делали ее просто необыкновенной. Да, именно так: Глория не была красавицей, но она была удивительной женщиной. А если учесть еще ее невероятно острый язык и проницательный ум... В общем, Майк был очарован, и шесть-семь, а то и восемь лет разницы в возрасте, которые их разделяли, ничего для него не значили. Да и Глория не сводила с Майка глаз, искрометно шутила и меньше обычного подтрунивала над собеседниками. Каким-то образом ему удалось подобрать ключик к ее сердцу. Интересно только каким? Он же совсем зеленый. Да, обаятельный, да, остроумный, но его старший брат намного привлекательнее, если уж честно...