Я вошел в небольшую прихожую. Слева за низкими перилами сидел дежурный офицер, перед которым располагались коммутатор и радиооборудование. Справа стояла длинная неудобная скамья, на которой могли сидеть истцы, преступники, раскаивающиеся и ждать появления начальника участка. У всех полицейских участков есть свой начальник, и его всегда нужно ждать. По любому вопросу.

— Дик Слейд на месте? — спросил я дежурного.

— Начальник в данный момент занят. Чем могу помочь?

— Ничем, мне нужно поговорить с ним лично.

Я дал полицейскому свою карточку. Он посмотрел на нее без видимого волнения.

— Присаживайтесь, — сказал он, кивнув на скамейку. — Начальник примет вас, как только освободится.

Эту фразу они заучивают еще в полицейской академии. Я сел и принялся разглядывать цветные изображения диких птиц, висящие на ближней ко мне стене.

Меня уже начинало тошнить от их вида, когда примерно в час десять седой мужчина высунул из дверей голову и спросил:

— Спенсер?

— Да.

Он мотнул головой и сказал:

— Сюда.

Этому их тоже учат в полицейской академии. Я двинулся в соответствии с траекторией головы и оказался в прямоугольном обшарпанном кабинете. Одно из окон смотрело на стоянку патрульных машин, за которой виднелись чахлые заросли сирени. В кабинете стояли зеленый металлический шкаф для картотеки, серый металлический письменный стол, а возле него вращающийся стул. Стол был завален заявлениями, листовками и подобными бумагами. Надпись на одном углу стола гласила: «Капитан Слейд».

Слейд кивнул на серый металлический стул с прямой спинкой, стоявший с моей стороны стола:

— Садитесь.

Он ужасно соответствовал своему кабинету. Квадратный, подтянутый, седой. Коротко подстриженные кучерявые волосы, лицо — квадратное, как детский кубик, сильный загар, серо-синий налет густой, тщательно выбритой бороды. Он был небольшого роста, примерно пять футов восемь дюймов, но массивный, как защитник из команды захудалого колледжа. Такие мужчины начинают толстеть в сорок, но ему удалось избежать подобной участи.