Хотя это маловероятно, но все равно, когда она думала об этом, ей становилось не по себе.

Ей не хотелось, чтобы что-то нарушало ее спокойную жизнь. Слишком большого труда стоило обретение покоя.

Они приехали к вечеру; день был прохладный, но солнечный. Кэтрин стояла у своего дома в самом конце дорожки и прощалась с мисс Агатой Доунз, старой девой, дочерью прежнего пастора, которая заходила к ней выпить чашку чаю. Убежать в дом, чтобы спрятаться за занавеской в гостиной и оттуда видеть все, самой при этом оставаясь невидимой, не было никакой возможности. Ей не оставалось ничего другого, как только стоять на месте – даже без шляпки с вуалью, которой можно было бы закрыть лицо, – стоять и ждать, пока ее узнают. Она позавидовала Тоби, своему терьеру, который заливался громким лаем, находясь в доме в полной безопасности.

Экипажей было три, если не считать повозок с вещами, ехавших на небольшом расстоянии. Рассмотреть, кто в них находится, было невозможно, хотя миссис Адамс, ехавшая в первом экипаже, и наклонилась немного вперед на своем сиденье, чтобы поднять руку и поприветствовать дам, стоявших у домика Кэтрин. Словно королева, снисходящая до своих крестьян-подданных, подумала Кэтрин насмешливо – эта насмешливость никогда не покидала ее при встречах с миссис Адамс. И она кивнула в ответ на приветствие.

Три джентльмена ехали верхом. Одного взгляда было достаточно Кэтрин, чтобы убедиться: двое из них ей незнакомы, третий тоже не представлял собой угрозы. Она с улыбкой присела перед мистером Адамсом – Кэтрин старалась по возможности не делать этого при встрече с его супругой – и только спустя какое-то время по всей его фигуре и неулыбающемуся, надменному взгляду, который он, обернувшись, бросил на нее, поняла, что это вовсе не мистер Адамс.