— Знаешь, иногда я скучаю по де Люси, безумцу, который отравил жену, чтобы получить Гастингс…

Он дождался, пока Гаррон пойдет пешкой, поспешно переставил слона на безопасное место и снова развалился на стуле.

— Никаких склочных соседей, никаких французских наемников, нападающих на мои рыбачьи лодки, никаких контрабандистов… Конечно, смутьяны всегда имеются, иногда появляются разбойники, но все это сущая чепуха!

— Зато у тебя есть наследник, — рассмеялся Гаррон, передвинув на следующую клетку другую пешку, — самый красивый в мире младенец, как ты сам утверждаешь. Красивая жена, которая заботится о тебе. Процветающее поместье. Будь счастлив этим! Кстати, ты читал послание короля? Надеюсь, после этого ты забудешь о скуке? Наверняка он приказал тебе выполнить какое-то рискованное поручение.

Северин сделал ход королем.

— Шах и мат, Гаррон!

— Хм…

Гаррон внимательно изучил доску, криво улыбнулся и осторожно положил короля на бок.

— Партия за тобой. Итак, чего желает от тебя король?

— Хочет случить одного из любимых жеребцов, подарок короля Филиппа Французского, с Мареллой, кобылой леди Гастингс. Желает, чтобы я прислал Мареллу в Лондон, когда она в следующий раз будет в охоте.

Король послал его сюда за этим?

— А, Трист! Подойди поздоровайся с лордом Гарроном! Сегодня ты все утро присматривал за Фолком, игнорируя меня. Того, кто кормил тебя и спасал твою мохнатую голову куда чаще, чем можно пересчитать по пальцам. А я знаю, что ты умеешь считать, поскольку видел, как справедливо делишь желуди между собственными детьми.

Куница взобралась вверх по руке Северина и устроилась на его плече, откуда могла беспрепятственно следить за Гарроном и одновременно умываться.