Габриэль заговорщицки подмигнул старой даме, и та покраснела. Другой мужчина на его месте с удовольствием воспринял бы такую реакцию, но Габриэль был закоренелым циником. Вот уже двадцать лет женщины краснели в его присутствии, но это ровным счетом ничего не значило для него.

– Наверное, у этой леди есть животное, которое она хочет взять с собой в поезд, Генри. Какой-нибудь щенок или котенок, – пытаясь очаровать Софи, произнес Габриэль с безупречным виргинским акцентом.

Она окинула его таким взглядом, словно он был лягушкой, случайно запрыгнувшей в ее суп. Габриэль с радостью отметил, что у этой птички непростой характер. Его поездка в Тусон обещала быть нескучной.

– О, – произнес Генри, не вынимая изо рта зубочистки. – У вас есть котенок, мэм? – Губы кассира расползлись в усмешке, обнажив зубы типичного жителя фронтира

– Котенок? – брезгливо поморщилась Софи.

Тетя Джунипер, уставшая от своих попыток образумить Софи, – которые по своему воздействию равнялись попыткам повернуть вспять океаническое течение, – явно смутилась.

– Тибальт? – позвала она и загадочно повторила: – Тибальт?

Габриэль не имел понятия, о чем говорит тетя Джунипер, но ему показалось, что у бедной старушки не все дома.

Софи молча полезла в большую белую корзину и достала оттуда невероятно уродливую собачонку. Кассир за стойкой тихо чертыхнулся и отпрянул, словно боясь, что эта псина на него набросится. Габриэль с удивлением увидел существо, похожее на маленького поросенка, с черной мордочкой и дважды закрученным хвостиком, мирно покоившимся на задней ляжке. Существо сонно взирало на Софи.

– Это не котенок, – мрачно изрекла Софи. – Это мой любимец Тибальт, китайский мопс. – Она потерлась носом о сопливый пятачок Тибальта и промурлыкала: – Милая, милая собачка!