– Тетя Веста!

– Ну, что еще?!

– Я тебя очень-очень люблю.

Судя по всему, ей удалось всерьез ошеломить тетку. Кейди приготовилась к отповеди – Веста не терпела сюсюканья.

– Я тоже очень-очень люблю тебя, Кейди.

Это прозвучало так натужно, словно слова пришлось мучительно вытягивать из дальнего угла, где они закостенели от долгого неупотребления. Тем не менее они прозвучали, в свою очередь, ошеломив Кейди настолько, что она чуть не свалилась с дивана.

– Мы с тобой все-таки поразительно похожи, – продолжала Веста. – Как раз поэтому надеюсь, что ты проживешь жизнь иначе.

– Иначе?

– В смысле будешь счастлива, – просто объяснила Веста. – Желаю тебе этого всей душой, и… и спокойной ночи!

Последовали короткие гудки…

Вернув трубку на положенное место, Кейди поднялась с дивана, подобрала туфли и медленно прошла в спальню. Разделась. Босиком вернулась в гостиную, поставила наугад что-то из Моцарта и некоторое время слушала, набираясь энергии для дальнейших действий.

Когда показалось, что все вернулось на круги своя, Кейди занялась йогой, к которой пристрастилась еще в колледже.

Веста права, они удивительно похожи, думала Кейди, принимая очередную сложную позу, призванную прогнать ноющую боль в плече. Сколько раз за прошедшие годы ей пришлось выслушать что-то вроде: «Ты в точности как твоя тетка… ну как будто родная дочь, а не племянница… та же прозорливость, тот же нюх на редкости…». Пожалуй, единственное, в чем они по-настоящему разнились, был страх перед водой.

Ни для кого не было секретом, что в свои восемьдесят шесть Веста ни дня не пропускала плавание и просто обожала находиться в воде. Бассейн у нее дома был громадный, много больше обычного. Ее ничуть не пугало плавать там даже глубокой ночью.

Внезапно Кейди пришло в голову, что эта привязанность к ночным заплывам так же маниакальна, как ее занятия йогой.