— Все зависит от того, что ты считаешь чепухой, Уоррен, — спокойно сказал Алекс. — Я сам люблю читать романы ужасов.

— Это точно, — проворчала Кэролин себе под нос. Незадолго до исчезновения юный Алекс, действительно, зачитывался романами Стивена Кинга. Она еще раз подивилась тому, насколько хорошо незнакомец справлялся со своей задачей.

— Теперь, когда ты вернулся в лоно семьи, каковы твои планы? — обратился Уоррен к Алексу.

— Уоррен! — с ноткой предостережения сказала Салли.

— Я не спрашиваю о том, чем он занимался в прошлом, — нетерпеливо перебил ее брат. — Хотя, должен признаться, было бы любопытно послушать. Тем не менее, не вижу причины, по которой я не мог бы спросить, чем он собирается заняться в настоящее время?

— Он не обязан отвечать на твои вопросы, если только сам того не захочет. Достаточно того, что он вернулся.

Алекс поймал взгляд Кэролин, не обратив внимания на перепалку брата с сестрой. Мягко горели свечи, и на мгновение она дала увлечь себя обещанию, которое таилось в глубине загадочных глаз, в волнующем изгибе губ.

— Они что, всегда так себя ведут? — усмехнулся он.

Однако Кэролин было не до смеха.

— А ты не помнишь?

Он поднялся из-за стола и потянулся лениво, с неосознанной грацией. Настоящие Макдауэллы ни за что не стали бы потягиваться на людях, подумала Кэролин, тайком разминая затекшие мышцы. Для этого они слишком хорошо воспитаны, слишком скованы этикетом вежливости.

— Они всегда спорили из-за меня, — сказал Алекс.

— Они и сейчас спорят.

Салли остановилась на полуслове, в глубине усталых глаз затаилась тревога.

— Извини, дорогой. Это твой первый вечер дома, и ты не должен слушать перепалку двух старых перечниц.