– Состояние герцогини ухудшилось?

– Пока, к счастью, нет. Но боюсь, что мы теряем драгоценное время.

– Мне не слишком улыбается мысль спустить шлюпку в такую погоду, – нерешительно проговорил капитан. – Никто из нас не знает в точности, как далеко отсюда до Кинг-Линна, а пытаться вести судно...

– Прошу прощения, капитан... – раздался за спиной герцога чей-то голос.

– Что у вас, мистер Торренс?

– К корме подошла весельная лодка. Мистер Уэлш переговорил с лодочником. Тот утверждает, что до Кинг-Линна всего три мили и готов за сходную плату отвезти туда кого нужно.

– Вот оно, христианское милосердие... – пробормотал герцог и, подойдя к другому борту, взглянул вниз на ялик, который покачивался возле просоленного корпуса «Аурелии».

Весла были подняты, и седой лодочник всматривался в туман.

– Я пошлю с вами двух лучших моих матросов, – обратился к герцогу подошедший к нему капитан.

Монкриф даже не обернулся.

– В этом нет нужды, я отправлюсь один. Ваши люди вам понадобятся здесь.

Его тон не допускал возражений.

– Но у меня на душе будет легче, если кто-то вас будет сопровождать, – настаивал капитан.

Оставив его слова без ответа, герцог Войн спустился в лодку.

– Говоришь, всего три мили до Кинг-Линна? – спросил он, усаживаясь на носу.

Лодочник в ответ только что-то буркнул.

Герцог извлек из кармана набитый монетами кошелек и швырнул его на доски настила между лодочником и собой. – Доставишь меня быстрей чем за полчаса – получишь еще.

Подобрав кошелек, лодочник тщательно пересчитал его содержимое. Снова пробурчав что-то, взялся за весла, и миг спустя видавшая виды лодка поплыла по течению, оставив позади себя окутанную туманом «Аурелию».

Менее чем в четверти мили ниже по течению Таунсенд Грей в то же самое время отложила ненадолго шест, чтобы поднять воротник. На воде было холодно, сырость, казалось, пронизывала до костей. Она уже жалела, что не догадалась взять у Геркуля перчатки, но, поскольку исправить эту оплошность было невозможно, она решила, что не остается ничего иного, как продолжать путь. Кроме того, знакомые очертания прибрежных деревьев свидетельствовали о том, что поворот уже близок, и одной этой мысли было достаточно, чтобы она с новой силой заработала шестом.