— С удовольствием. Как его зовут?

— Марчелло.

— Тоже красивое имя. А как зовут твою маму?

Лицо девочки омрачилось.

— Доната.

Доната?

Но это означает...

Сердце Элли пронзила острая боль.

Боже мой...

В этот момент из темноты коридора появился Джино. Интересно, как долго он там стоял, подумала Элли. Слышал весь их разговор или только его часть?

Их взгляды встретились. Когда он прижал к себе племянницу, Элли увидела боль в темных глубинах его глаз. Она наклонилась и взяла руки девочки в свои.

— Джино сказал мне о твоей маме. Мне очень жаль. — Ее голос дрожал.

Я презираю тебя, Джим Паркер, за то, что ты лишил этого ребенка матери.

Неужели для Донаты так мало значили ее дочь и муж, что она отправилась на отдых в Швейцарию без них? Элли была поражена. Ей пришлось прокашляться, прежде чем она снова обрела дар речи.

По бледным щекам девочки потекли слезы.

- Дядя Джино говорит, что однажды я встречусь с ней на небесах.

Элли думала, что за прошедшие четыре месяца выплакала все слезы, но, увидев страдания этого ребенка, поняла, что ошиблась.

- Теперь вы с твоим папой будете нуждаться друг в друге больше, чем когда-либо. Где он?

- На кухне, пьет чай с Луиджи.

- Луиджи — это твой брат?

- Нет, у меня нет ни братьев, пи сестер. Луиджи работает у нас. Он ухаживает за папой.

Ухаживает за ним?

Элли вопросительно посмотрела на Джино. Его лицо выражало печаль.

- Два года назад моего брата поразила болезнь Альцгеймера. Все произошло на редкость быстро, и врачи ничего не могут поделать.

Элли ахнула. Слишком много неприятных открытий за один раз.

Она взяла в ладони лицо Софии.

- Я с радостью познакомлюсь с твоим папой. Он может разговаривать?