Подобно большинству других заклинаний, то, с которым Гален сейчас работал, состояло из многих элементов: несколько для того, чтобы создать прозрачную, розоватого оттенка, сферу диаметром в три дюйма; еще одно – чтобы заполнить ее энергией; еще несколько элементов – чтобы придать энергии вид изящного пламени. Он проделывал это множество раз.

Глубоко вздохнув, Гален представил свой разум в виде чистого экрана, визуализировал написанное на нем уравнение. Кризалис, прикрепленный к голове и позвоночнику Галена, распознал уравнение и отразил его. Гален открыл глаза. Перед ним в воздухе плавал энергетический шар.

– Вокруг зала, – приказал стоящий позади Галена Элрик. Он держал похожий на хвост сегмент кризалиса, спускавшийся вдоль позвоночника Галена.

Голос наставника, глубокий и густой, обладал силой, которая на первых порах пугала Галена. Позднее, когда Элрик научил его известным техномагам приемам модуляции голоса, голос Элрика и искусство, с которым тот его использовал, стали вызывать у Галена изумление. Элрик растягивал определенные звуки, делал в определенных местах паузы и менял интонации так, что добивался почти гипнотического эффекта. В результате все, что он говорил, приобретало огромную силу и важность.

Твердо удерживая перед своим мысленным взглядом исходное уравнение, Гален добавил к нему еще одно: заклинание движения. Это уравнение заставило сгусток энергии переместиться из центра скромного тренировочного зала, где он висел перед Галеном, к каменной стене. Следующее уравнение заставило шар начать описывать круги вокруг зала. Он крутился в нескольких футах от соломенного свода, еще ближе к потолку плавало несколько светящихся шаров, созданных Элриком для освещения зала.