А Саймон может ворваться в любой момент и все испортить. Ты не поверишь, как он себя вел последние недели! Я уже боялась, что за моей квартирой установлена слежка, потому что стоило Питеру переступить порог, как тут же появлялся Саймон. Господи, мне двадцать четыре года, и я не хочу, чтобы старший братец присматривал за мной, как за четырехлетней! – вспылила Сюзи. – И это притом, что сам Саймон вовсе не живет монахом, только вспомни, сколько у него девиц, – мрачно закончила она.

На это нечего было возразить. Совсем недавно газетчики взахлеб рассказывали о связи блестящего адвоката с бывшей женой одного министра. Дженна (по сугубо личным причинам) внимательно прочла все статьи и тщательно рассмотрела фотографии.

Она и без сумбурного описания подруги знала, что Саймон мало изменился. Сюзи была права, его темные волосы не тронула седина, четко очерченный рот с чуть более пухлой нижней губой привычно кривился в знакомой Дженне усмешке, а глаза… Эти переменчивые зеленые глаза все так же посылали из своей глубины холодное предупреждение.

Снятая рядом с ним женщина ничем не отличалась от множества его прежних подруг – светловолосая, стройная, изысканная и очень красивая.

Репортеры светских колонок усиленно муссировали слух, что именно на этой пассии он женится. Интересно, правда ли это? Как-то не верилось, что великий и могущественный Саймон Таундсен может вступить в брак с чьей-то бывшей женой, кисло подумала Дженна. Если она и могла представить его женатым, то скорее на молодой податливой девушке, которую можно воспитать по своему вкусу.

– Что случилось? – настороженно спросила Сюзи. – У тебя потемнели глаза, а такое бывает, только когда ты очень зла на кого-то. Я знаю этого несчастного? – Дженна покачала головой, и Сюзи вздохнула. – По-моему, с тобой что-то неладно, – продолжала она. – Ты же потрясающая девушка, взгляни на себя в зеркало! Мужики вьются вокруг тебя, как пчелы над медом, а ты не обращаешь на них внимания. Когда мы были девчонками, мне казалось, что уж ты-то выскочишь замуж очень рано…