— Полагаю, следует сказать, что мы просто налетели друг на друга.

Опустив чемоданы Карли на пол, мужчина изобразил на лице ослепительную улыбку. Карли решила не замечать этого.

— Я — Люк Гарднер, — он протянул ей холеную руку.

Карли ответила ему рукопожатием. Ее изящные, как у пианистки, руки показались ей неухоженными.

— А я Карли Карпентер — первосортная недотепа. Взгляните на ваши блестящие сапоги. Так вот, предупреждаю, если я окажусь рядом, то они станут как поджаренный гренок.

Он улыбнулся, обнажив безупречно ровные зубы.

— Гренок, что подается на завтрак?

Карли моргнула. Парень не понимает американских словечек?

— Вы не американец!

— Как бы вы сказали, попали в самую точку! — изрек он, и Карли заметила в его голубых, как океан, глазах, недосказанность. Он не хочет, чтобы о нем знали правду?

Впрочем, чтобы выяснить это, у Карли не оказалось времени. По правой лестнице быстро спустилась резвая женщина с длинными, в форме пирамидок серьгами и каштановыми вьющимися волосами, которые струились по ее плечам.

— Привет, Люк. Как мило с твоей стороны, что ты решил поработать носильщиком. Я не знаю, куда подевались помощники на ранчо. — Она насупилась, потом озорно улыбнулась. — Думаю, они где-то во дворе изображают ковбоев. — Она протянула руку Карли. — Я — Тедди Бенедикт, а вы, должно быть, Карли Карпентер, — и, не дав Карли возможности ответить, Тедди быстро повернулась к маленькой администраторше: — Мэйси, ты предупредила о барбекю, которое устраивается сегодня вечером в честь Карсона, и о прогулке верхом утром?

Голова Карли шла кругом. Она наблюдала, с какой скоростью развеваются цветные, похожие на цыганские, юбки Тедди. Так, значит, перед ней одна из представительниц семьи Бенедикт.

— Сегодня день рождения моего брата, — Тедди ослепительно улыбнулась. — Мы начинаем праздновать в семь часов. Для вас это прекрасный способ познакомиться с персоналом и гостями.