— Ах, малышка, — сказал он, когда успокоился, — если бы я не знал, что это причинит тебе боль, то обнял бы и приласкал тебя словно ребенка.

Эмбер улыбнулась.

— Ты — мой добрый друг. Давай-ка отнеси незнакомца пока на мою постель, а потом о нем позаботится Кассандра.

В ответ Эрик лишь как-то странно посмотрел на нее.

— Мне будет жаль, если простая простуда унесет человека, который умеет проходить между священными камнями, — объяснила она.

— Может быть. Но все же я думаю, что мне было бы легче приказать убить его, если бы он не был гостем у тебя в хижине. И в постели.

Эмбер в ужасе уставилась на Эрика. Он улыбнулся ей ледяной улыбкой под стать ветру, гулявшему вокруг хижины.

— За что ты хочешь приговорить к смерти незнакомца, найденного в священной роще. — Спросила она.

— Я подозреваю, что он — один из рыцарей Дункана Максуэллского, посланный сюда на разведку.

— Так значит, слух верный. Норманн отдал своему врагу-саксу в управление замок Каменного Кольца?

— Да, — с горечью ответил Эрик. — Только Дункан больше не враг Доминику. Под угрозой меча Шотландский Молот присягнул на верность Доминику ле Сабру.

Эмбер отвела от Эрика глаза. Ей не надо было прикасаться к нему, чтобы измерить силу его сдерживаемой ярости. Дункан Максуэллский, прозванный Шотландским Молотом, был и незаконнорожденным, и безземельным рыцарем. Первый его недостаток нельзя было исправить ничем, но что касается второго, то Доминик ле Сабр отдал Дункану в управление замок Каменного Кольца и окружающие его земли.

А ведь замок Каменного Кольца был частью владений Эрика.

Эрику уже приходилось сражаться с грабителями, ублюдками и честолюбивыми кузенами за право управлять владениями лорда Роберта на Спорных Землях. Можно было почти не сомневаться, что и опять придется. Такова была природа Спорных Земель — принадлежать лишь сильному.

— Какую ты нашел одежду при незнакомце? — спросила Эмбер.