— Паром вышел из Дувра с опозданием, — сдержанно пояснила Мейбл, наблюдая, как устроившийся напротив Виктор придвигает к ней блюда с салатом, сыром, ветчиной, а также вино в фарфоровом кувшине с крышкой. — Вдобавок в Кале произошла небольшая поломка автомобиля, взятого мною напрокат. Я уже начала опасаться, что не попаду сюда до вечера.

Она положила на тарелку немного ветчины и кусочек сыра. Сейчас ей больше всего хотелось остаться одной и спокойно поесть. Конечно, тетушка Пам исходила из наилучших намерений, предлагая сыну поухаживать за гостьей, не догадываясь, что та не особенно желала этого.

— Удивительно, что ты вообще согласилась приехать к нам, — холодно обронил Виктор. — Я уже почти смирился с тем, что судьбе, по-видимому, не скоро будет угодно свести нас вновь… Вот, попробуй божоле. — Он протянул Мейбл бокал вина, а второй наполнил для себя. Отставив кувшин в сторону, спросил: — Тебе нравится мой дом?

Мейбл слегка покраснела, смущенная прямолинейностью вопроса. Лицо, как всегда, мгновенно выдало ее внутреннее состояние, не оставив ей ни малейшей возможности скрыть волнение. Подавив тяжелый вздох, она огляделась вокруг.

Ее взор скользнул по каменным стенам дома и выкрашенным в белый цвет оконным ставням. Затем она устремила взгляд вдаль, невольно залюбовавшись милым загородным пейзажем с его ярко-зелеными красками и синевой бескрайнего неба.

— Твой дом просто прелесть. Такой не может не нравиться, — искренне призналась Мейбл. — Сколько времени ты проводишь здесь?

— К сожалению, не так уж много. — Виктор откинулся на спинку стула, заложив руки за голову и устремив взгляд в пространство. Заметив, что его пиджак распахнулся, Мейбл не смогла отказать себе в удовольствии украдкой взглянуть на мощную грудь с выступающими под тканью рубашки рельефными мускулами. — Большая часть моей жизни проходит в Париже.