- Я выбрал вас только потому, что люблю давать шанс молодым. Вы, действительно, слишком молоды для подобной работы. Мне нужно кто-нибудь с менее привлекательной физиономией. И вы не выглядите достаточно серьезной.

- Но я серьезна! - воскликнула Джерри.

- Что вы говорите?

- Ну я же извинилась. Простите еще раз.

- Скажите: позвольте мне остаться. Я буду хорошей, - он уставился на нее так, как будто они играли в детскую игру: кто кого переглядит. Джерри почувствовала, как к глазам подступили слезы ярости и унижения и моргнула, потом аккуратно поставила чашку на столик, с излишней осторожностью, потому что на самом деле ей хотелось швырнуть ее через всю комнату, и пошла одеваться.

Либра молча продолжал разглядывать ее. Она сняла пальто с вешалки, накинула его и вежливо сказала:

- До свидания, мистер Либра.

Она уже взялась за ручку двери, как до нее донесся его смех.

- Рыжеволосая и темпераментная. Какая банальность, - продолжил он.

- Вам виднее, - с тошнотворной нежностью промурлыкала Джерри.

- Снимай-ка свое чертово пальто, жопа, и садись сюда.

- Всю жизнь мечтала.

- Ты еще не уволена.

- Знаю. Я увольняюсь по собственному желанию.

Либра подошел к Джерри и взял ее за плечи.

- Ну садись-же, ну... Ты мне нравишься. Садись. Уродины мне не нужны. Они меня угнетают. Ну садись же.

- Солдафон! - выдавила из себя Джерри. К собственному ужасу, она вдруг поняла, что действительно плачет. Какое счастье, что она не завтракала, иначе бы ее просто вырвало.

- Вот именно, - нежно ответил Либра. Он помог ей снять пальто и протянул ей носовой платок с монограммой. - Я просто хотел показать вам, как я обращаюсь со своими клиентами, как я поддерживаю в них чувство неуверенности. Теперь вы сами видите, как это делается. Вы собрались уходить лишь потому, что эта работа не является вашей жизнью. Для них же успех - это все. Но я хочу, чтобы вы знали, что и как я делаю, потому что вам предстоит очень важная роль. Вам придется собирать и склеивать осколки, на которые разбиваются их сердца после бесед со мной. Идеальное равновесие и все будут счастливы. Итак, садитесь.